Стихи Николай Гумилев Два сна - Николай Гумилев
free pokerfree poker

Два сна - Николай Гумилев

I

 

Весь двор усыпан песком,

Цветами редкосными вышит,

За ним сиял высоки дом

Своей эмалевою крышей.

 

А за стеной из тростника,

Работы тщательной и тонкой,

Шумела Желтая река,

И пели лодочники звонко.

 

Лай-Це ступила на песок,

Обвороженная сияньем,

В лицо ей веял ветерок

Неведомым благоуханьем.

 

Как будто первый раз на свет

Она взглянула, веял ветер,

Хотя уж целых десять лет

Она жила на этом свете.

 

И благонравное дитя

Ступало тихо, как во храме,

Совсем неслышно шелестя

Кроваво-красными шелками.

 

Когда, как будто принесен

Из-под земли, раздался рокот.

Старинный бронзовый дракон

Ворчал на каменных воротах:

 

«Я пять столетий здесь стою,

А простою еще и десять,

Судьбу тревожную мою

Как следует мне надо взвесить.

 

Одни и те же на крыльце

Китаечки и китайчонки,

Я помню бабушку Лай-Це,

Когда она была девчонкой.

 

Одной приснится страшный сон,

Другая влюбится в поэта,

А я, семейный их дракон,

Я должен отвечать за это?»

 

Его огромные усы

Торчали, тучу разрезая,

Две тоненькие стрекозы

На них сидели, отдыхая.

 

Он смолк, заслыша тихий зов,

Лай-Це умильные моленья:

«Из персековых лепестков

Пусть нынче мне дадут варенья!

 

Пусть в куче розовых камней

Я камень с дырочкой отрою,

И пусть придет ко мне Тен-Вей

Играть до вечера со мною!»

 

При посторонних не любил

Произносить дракон ни слова,

А в это время подходил

К ним мальчуган большеголовый.

 

С Лай-Це играл он во дворцы

Стояли средь одной долины,

И были дружны их отцы,

Ученейшие мандарины.

 

Дракон немедленно забыт,

Лай-Це помчалась за Тен-Веем,

Туда, где озеро блестит,

Павлины ходят по аллеям,

 

А в павильонах из стекла,

Кругом обсаженных цветами,

Собачек жирных для стола

Откармливают пирожками.

 

«Скорей, скорей, — кричал Тен-Вей, —

За садом в подземельи хмуром

Посажен связанный злодей,

За дерзость прозванный Манчжуром.

 

Китай хотел он разорить,

Но оказался между пленных,

Я должен с ним поговорить

О приключениях военных».

 

Пред ними старый водоём,

А из него, как два алмаза,

Сияют сумрачным огнём

Два кровью налитые глаза.

 

В широкой рыжей бороде

Шнурками пряди перевиты,

По пояс погружён в воде,

Сидел разбойник знаменитый.

 

Он крикнул: «Горе, горе всем!

Не посадить меня им на кол,

А эту девочку я съем,

Чтобы отец её оплакал!»

 

Тен-Вей, стоявший впереди,

Высоко поднял меч картонный:

«А если так, то выходи

Ко мне, грабитель потаённый!

 

Борись со мною грудь на грудь,

Увидишь, как тебя я кину!»

И хочет дверь он отомкнуть,

Задвижку хочет отодвинуть.

 

На отвратительном лице

Манчжура радость засияла,

Оцепенелая Лай-Це

Молчит — лишь миг, и всё пропало.

 

И вдруг испуганный Тен-Вей

Схватился за уши руками...

Кто дёрнул их? Его ушей

Не драть так сильно даже маме.

 

А две большие полосы

Дрожали в зелени газона,

То тень отбросили усы

Назад летящего дракона.

 

А дома в этот миг за стол

Садятся оба мандарина

И между них старик, посол

Из отдалённого Тонкина.

 

Из ста семидесяти блюд

Обед закончен, и беседу

Изящную друзья ведут,

Как дополнение к обеду.

 

Слуга приводит к ним детей,

Лай-Це с поклоном исчезает,

Но успокоенный Тен-Вей

Стихи старинные читает.

 

И гости по доске стола

Их такт отстукивают сами

Блестящими, как зеркала,

Полуаршинными ногтями.

 

Стихи, прочитанные Тен-Веем

 

Луна уже покинула утёсы,

Прозрачным море золотом полно,

И пьют друзья на лодке остроносой,

Не торопясь, горячее вино.

 

Смотря, как тучи лёгкие проходят

Сквозь лунный столб, что в море отражён,

Одни из них мечтательно находят,

Что это поезд богдыханских жён;

 

Другие верят — это к рощам рая

Уходят тени набожных людей;

А третьи с ними спорят, утверждая,

Что это караваны лебедей.

 

________________________

 

Тей-Вей окончил, и посол

Уж рот раскрыл, готов к вопросу,

Когда ударили о стол

Цветок, в его вплетённый косу.

 

С недоуменьем на лице

Он обернулся приседая,

Смеётся перед ним Лай-Це,

Легка, как серна молодая.

 

«Я не могу читать стихов,

Но вас порадовать хотела

И самый яркий из цветов

Вплела вам в косу, как умела».

 

Отец молчит, смущён и зол

На шалость дочки темнокудрой,

Но улыбается посол

Улыбкой ясною и мудрой.

 

«Здесь, в мире горестей и бед,

В наш век и войн и революций,

Милей забав ребячих - нет,

Нет грубже - так учил Конфуций».

 

Стихотворения русских и зарубежных поэтов

2010.